Где нельзя материться с 1 июля: «закон об ограничении мата» (ВЕРСИЯ 18+) / Правовая газета Статус

Это Интернет-вариант статьи, не опубликованный в официальном выпуске. Для донесения подлинного смысла всего материала мы намерено не стали убирать нецензурные слова, т.к. без них не все моменты будут ясны. Если Вы не хотите читать статью, содержащую матерные выражения, пожалуйста, обратитесь к pdf-версии, вышедшей в печать.

Не успели мы привыкнуть к «антитабачному закону», как с 1 июля вступили в силу еще одни существенные ограничения. Не менее интересные. Речь идет о Федеральном законе от 05.05.2014 № 101-ФЗ. Во всех СМИ звучит, что теперь запретили мат. Где именно теперь по закону нельзя нецензурно выражаться, что за это будет, и действительно ли этот закон направлен именно на запрет мата.

Юлия Вербицкая, главный редактор Правовой газеты "Статус", магистр частного права

А теперь, Вовочка, мы повторим с тобой слова, которые тебе нельзя говорить…

Прежде, чем мы попробуем литературно описать, что именно нельзя говорить, следует отметить, что на самом деле этот закон не о борьбе с крепким словцом. Он посвящен культуре нашего языка в целом, даже название говорит об этом – Федеральный закон от 05.05.2014 № 101-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О государственном языке Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере использования русского языка».

На мой взгляд, самое основное изменение совсем не в том, что теперь нельзя материться публично, а в том, что расширилась сфера применения государственного языка. Так, изменена ст. 3 ФЗ «О государственном языке РФ», и теперь государственный язык подлежит обязательному использованию помимо прочих случаев:

- при публичных исполнениях произведений литературы, искусства, народного творчества посредством проведения театрально-зрелищных, культурно-просветительных, зрелищно-развлекательных мероприятий.

Немного дополнено понятие русского языка как государственного языка, теперь оно звучит так: «при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке». Добавлена как раз фраза «в том числе нецензурной брани», хотя радикально ничего эта фраза не меняет, т.к. и раньше нецензурная брань никак не соответствовала нормам современного русского языка. Просто, видимо, решили дополнительно разъяснить для непонятливых.

Получается, что публично нельзя не только материться, но и в целом выходить за рамки литературного русского языка. Четкое понимание этих рамок в законе мы не найдем, да и это уже не входит в компетенцию юристов. В случае возникновения какого-либо спора, обязательно следует привлекать лингвиста, который сможет развернуто все разъяснить. Но в целом понятно, что не только мат под запретом, но и жаргон, просторечные выражения, злоупотребление иностранными словами, когда есть эквивалент в русском языке, и т.д.

Понятно, что стараться говорить красиво нужно всегда и везде, но что касается государственного языка, то закон вводит обязательное его употребление, прежде всего, в официальных документах, в деятельности органов государственной и муниципальной власти, при отправлении правосудия, в рекламе (что, кстати, далеко не всегда соблюдается) и во многих других случаях. С 1 июля этот список расширился.

1) Во-первых, использовать государственный язык теперь нужно в любом СМИ. Ранее, к примеру, допускалось использовать иностранный язык или иным образом отступать от норм русского языка, если это является неотъемлемой частью художественного замысла. Может возникнуть вопрос, что такое СМИ. В целом под средством массовой информации понимается периодическое печатное издание, сетевое издание, телеканал, радиоканал, телепрограмма, радиопрограмма, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации под постоянным наименованием (названием). Подробное понятие средства массовой информации и его разновидностей есть в ст. 2 Закона РФ от 27.12.1991 N 2124-1 «О средствах массовой информации». Как правило, СМИ имеет свидетельство о регистрации. Так, например, легко определить какой сайт является СМИ, а какой нет. Пока что практика такова, что сайт признается СМИ, если он официально зарегистрирован именно в качестве СМИ (имеется свидетельство, выданное Роскомнадзором). Что касается печатных изданий, то они не все могут иметь свидетельство, хотя и официально признаются СМИ, т.к. допускается выпускать периодику без регистрации, если тираж не превышает 1000 экземпляров.

2) Также требуется использовать литературный русский язык при показах фильмов в кинозалах. Теперь фильм в принципе не попадет в кинотеатр, если не пройдет проверку на соответствие этим самым нормам. Ведь в законе «О государственной поддержке кинематографии Российской Федерации» от 22.08.1996 № 126-ФЗ введена новая статья, подробно регламентирующая порядок выдачи прокатного удостоверения на фильм. Да, и раньше прокатное удостоверение существовало, но упоминалось в законе лишь вскользь. Теперь прокатное удостоверение не будет выдано, если в фильме будет присутствовать нецензурная брань. Кроме того, в этой же статье под запрет попадают фильмы, нарушающие законодательство о противодействии терроризму и экстремистской деятельности, а также те, которые содержат сведения о способах, методах разработки и изготовления наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, материалы, пропагандирующие порнографию, культ насилия и жестокости, если в фильме используются скрытые вставки и иные технические приемы и способы распространения информации, воздействующие на подсознание людей и (или) оказывающие вредное влияние на их здоровье.

3) И, в-третьих, культурно выражаться требуется во всех случаях при публичных исполнениях произведений литературы, искусства, народного творчества посредством проведения театрально-зрелищных, культурно-просветительных, зрелищно-развлекательных мероприятий. Здесь важно не только что исполняется, но и где. Что исполняется: произведения литературы, искусства и народного творчества. Где и при каких обстоятельствах исполняются: при проведении театрально-зрелищных, культурно-просветительных, зрелищно-развлекательных мероприятий. Так, например, для нарушения недостаточно просто исполнять матерные частушки, это нужно делать именно в процессе проведения какого-либо зрелищно-развлекательного мероприятия (т.е. если выразиться проще – то нарушитель – это тот, кто браниться со сцены, а не тот, кто, допустим, делает то же самое, сидя в своей компании за отдельным столиком). Однозначно, что теперь нельзя будет нецензурно выражаться со сцены театра, показа шоу со сцены клуба и даже при проведении корпоративного праздничного мероприятия. Возможно, при возникновении судебных споров – является ли то или иное мероприятие культурно-просветительным или зрелищно-развлекательным, необходимо будет, как и в случае с лингвистом, обратиться за выдачей заключения к профильному специалисту, например, профессору культурологи соответствующей кафедры вуза.

Естественно, изменения не прошли без введения новых санкций. Так в КоАП РФ появилось 3 новых статьи: 6.26, 6.27 и 14.58.

1) Статья 6.26 предусматривает ответственность за организация публичного исполнения произведения литературы, искусства или народного творчества, содержащего нецензурную брань, посредством проведения театрально-зрелищного, культурно-просветительного или зрелищно-развлекательного мероприятия. Размер штрафа для граждан – от 2 000 руб. до 2 500 руб.; для должностных лиц – от 4 000 руб. до 5 000 руб.; для юридических лиц – от 40 000 руб. до 50 000 руб. За повторное нарушение штрафы увеличиваются примерно в два раза, а также появляется еще одна санкция – приостановление деятельности на срок до 90 суток.

Протоколы по данной статье вправе составлять должностные лица Минкультуры РФ.

2) Статья 6.27 вводит ответственность за распространение экземпляров аудиовизуальной продукции и фонограмм на любых видах носителей, экземпляров печатной продукции, содержащих нецензурную брань, без специальной упаковки и текстового предупреждения. Размер штрафа составляет на граждан от 2 000 руб. до 2 500 руб.; на должностных лиц – от 4 000 руб. до 5 000 руб.; на юридических лиц – от 40 000 руб. до 50 000 руб. Точно так же, как и в ст. 6.26., повторное нарушение влечет существенное увеличение размера санкций.

За этим нарушением призван следить Роспотребнадзор.

3) И статья 14.58 вводит санкции за осуществление проката фильма и (или) показа фильма без прокатного удостоверения на фильм. По этой статье к ответственности привлекаются только ИП и юридические лица: штраф от 50 000 руб. до 100 000 руб. За рецидив также ответственность в два раза больше или приостановление деятельности.

Протоколы составляют должностные лица Минкультуры РФ.

По всем этим трем составам дела после составления протокола рассматривают судьи общей юрисдикции.

Напомним, что ответственность за распространение продукции средств массовой информации, содержащей нецензурную брань, введена еще в 2013 году в ст. 13.21 КоАП РФ и максимальный размер штрафа составляет 200 000 руб. (для юридических лиц и ИП).

И в заключение. Давать какую-то оценку этому закону мне как юристу сложно, и думаю, это будет неправильно. Ведь с одной стороны, безусловно, положительно то, что уже на государственном уровне стали следить за сохранением культуры русского языка, с другой стороны, не может не вызывать опасения возможные злоупотребления его нормами в популистских целях. Поэтому я обратилась за комментарием к тем, на кого он повлияет прямым образом, т.е. к представителям от культуры.

Спорные положения закона разъясняет Татьяна Андреева, директор Центра правовых практик, юрист, филолог

В п. 6 ст. 1 Федерального закона от 1.06.2005 года N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации" внесены следующие правки. Так, при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.

Давайте разберемся, что же не соответствует нормам современного русского литературного языка и является нецензурной бранью. К нецензурным словам относятся слова неприличные и непристойные («Толковый словарь русского языка» С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой). Нецензурная брань – это уже не просто ряд неприличных и непристойных слов, а слов осуждающих, резко порицающих и обидных, с помощью которых человека пытаются обидеть, унизить, показать его половую принадлежность, социальный статус и т.п. Очень часто нецензурные (бранные) выражения являются спонтанной эмоционально-экспрессивной речевой реакцией на неожиданные и неприятные события, слова, действия. За такими выражениями могут скрываться как апатия, скука, гнев и т. д., так и веселье, шутка, попустительство, одобрение.

Непечатная брань, нецензурные выражения, ненормативная лексика, а также сквернословие, срамословие, относятся к обсце́нной ле́ксике (от лат. obscenus — «непристойный, распутный, безнравственный»). Одной из разновидностей обсценной лексики в русском языке является русский мат.

Матерные слова могут использоваться в различных контекстах и производить большой диапазон новых слов и выражений с помощью приставок, суффиксов, окончаний, а также соединений словооснов. Производные матерные выражения (например,«Ёбаный в рот, бля» — «Что-то не заладилось») обычно не имеют сексуального контекста, а только выражают эмоции. Указывается также на их тесную связь с выражением отношений доминирования-подчинения, в том числе в небольших социальных группах. Точное значение тех или иных фраз зачастую можно понять, только принимая во внимание эмоции произносящего их человека.

Как известно, брань может быть аффективная (когда наступаешь на кошку) и паразитическая (для связки слов). Паразитическая брань, равно как и другие слова - паразиты ("короче", "ну", "вобщем" и т.д.) - это попытка восполнить бедность словарного запаса. Люди так привыкают к словам - паразитам, что избавиться от них оказывается не проще, чем бросить курить.

Для чего же используются нецензурные выражения (нецензурная брань)? Чаще всего данная категория выражений (слов) используется как средство понижения социального статуса адресата; средство установления контакта между равными людьми; средство дружеского подтрунивания или подбадривания; выражает отношение двух к третьему как «козлу отпущения»; для самоподбадривания; для самоуничижения; привлечь внимание; «сбить с толку»; продемонстрировать половую принадлежность говорящего; как средство вербальной агрессии; как междометие.

В русском языке присутствуют также другие обсценные слова, не являющиеся матерными и значительно менее табуированные, но тоже считающиеся «неприличными».

Часто такая лексика представлена в разного рода обрядах языческого происхождения - свадебных, сельскохозяйственных, т.е. в обрядах, связанных с плодородием. Матерные выражения здесь являются необходимым компонентом обрядов такого рода, носят ритуальный характер и имеют выраженную культовую функцию. Как здесь быть с таким фольклорным жанром, как частушка, с присутствующей в ней нецензурной (ненормативной) лексикой? Можно ли теперь исполнять частушки такого рода на свадьбах?

Русскую бранную лексику по функционально-тематическому принципу исследователи делят на следующие основные группы:

Национальное своеобразие русского языка состоит не в самом наборе лексики, а в её частотном распределении. Ядро русской матерщины, как отмечают все исследователи, составляет очень частотная «сексуальная» триада: хуй — пизда — ебать. Число производных от данных словообразовательных основ и эвфемизмов, используемых для их замены, поистине неисчислимо, ибо они постоянно генерируются живой речью. Чрезвычайно активно эта же триада используется и во фразеологии.

Несмотря на распространённость нецензурных выражений во всех слоях русского общества на всех этапах его истории, в России традиционно существовало табу на использование обсценной лексики в печатном виде (отсюда, очевидно, и идёт название «нецензурная брань»). После распада СССР снятие запрета на освещение определенных тем и социальных групп привело к расширению рамок приемлемой лексики в письменной речи. Мат и жаргон вошли в моду, став одним из средств пиара.

С 1990-х гг., когда цензурные запреты исчезли, обсценная лексика шире проникает в литературу, используясь в различных функциях. Самая простая из этих функций — реалистическая передача разговорной речи: если в жизни люди матерятся, то было бы странно, если бы в книгах точно такие же люди этого не делали.

Все остальные ругательства могут использоваться в печатных и интернет-СМИ с возрастным ограничением «16+», на радио и телевидении они разрешены после 21.00. При этом, как сказано в разъяснениях Роскомнадзора, передачи, где нецензурная брань заменена звуковым сигналом полностью, можно демонстрировать по ТВ, в том числе раньше 21.00. По мнению экспертов-языковедов Института русского языка РАН, «не относятся к нецензурным словам и выражениям неприличные и грубо-просторечные слова (как, например, слово жопа) и содержащие их выражения».

А как же быть с иностранными названиями населенных пунктов? В соответствии с законом, если иностранные слова не имеют общеупотребительные аналоги в русском языке, то они могут произноситься так, как они звучат на том или ином языке. А если это слова, подпадающий под запрет? Диктор на ТВ или радио название города на букву «Х….» будет озвучивать так: «в Бельгии, в маленьком городке, начинающемся на букву «х», всегда много туристов», или «Китайский предприниматель с фамилией на букву «х» стал известен тем, что …»

А что делать с топонимами? В России были и есть населенные пункты, названия которых являются производными от обсценной лексики. Получается, что в связи с новым законодательством под запрет попали названия деревень, рек. Если в советский период населенные пункты по большей части были переименованы, то названия рек остались и поныне: Вобля — река, протекающая в юго-восточной части Московской области России (окончание похоже на сокращение слова «блядь»), Тулебля — река в Новгородской области, станция на железной дороге Дно — Старая Русса, Убля — река в Курской и Белгородской областях. А может и их уже переименовали?

Комментарий от артиста Василия Скобелина

Василий, с 1 июля начали действовать существенные ограничения по использованию ненормативной лексики. Теперь материться нельзя в кино, в СМИ, а также на сцене во время исполнения произведений литературы и искусства. Как ты относишься к этому запрету?

Когда в 90-х годах началась оттепель, свобода слова, гласность и прочие тенденции, сразу изо всех щелей полезли Песковы, Моисеевы и т.д., начался активно лоббироваться арт-хаус. Сейчас, например, никто не вспомнит фильм под названием «Бля». Скандал был выше потолка, это слово прозвучало с телеэкранов чертову гору раз. Но сам по себе фильм ничего не представлял с точки зрения искусства, просто людям хотелось услышать матерное слово во всеуслышание на фестивале, потому как раньше было нельзя.

На мой взгляд, мат со сцены ночных клубов, театров, как правило, не несет в себе художественной ценности, он просто-напросто используется как мат ради мата, как провокация, не преследуя какого-то художественного замысла.

В моих шоу это как данность. Я и по жизни так разговариваю. Кто меня хорошо знает, видят, что я не просто матерюсь как некоторые ведущие, просто ради того, чтобы сматериться, а только если это требуется. И чаще всего я заменяю мат эвфемизмами. А многим ведущим как раз не помешает запретить материться. То есть я всецело за принятие этого закона.

Мало того, что наш язык скудеет из-за интернетного жаргона: «так-то я читаю много книжек, я разговариваю норм», то же самое с матом – когда на сцену выходит человек и начинает материться просто ради мата, это режет по ушам, это очень неприятно. Сальности и пошлости со сцены тоже неприятны. Ведь в зале могут сидеть люди, которые добились чего-то в своей жизни, культурны и образованы, и они сами иногда матерятся в жизни, и зачем им слышать со сцены понос.

Чаще всего мне просто неудобно материться. А если меня заказывают, скажем, на корпоратив с матюками, где я должен по своему образу материться, а в зале есть дети, у меня не поворачивается язык на это, хотя родители успокаивают, говорят, что они готовы.

Это вопрос выбора: если у тебя ненормативное шоу, значит ты реакционер. Если у тебя шоу обычное, то значит ты мейнстрим. Плох тот андеграунд, который не стремиться в мейнстрим. Есть масса «помоечных» жанров, например шоу Stomp, которое идет в Лас-вегасе. Они изначально «помоечное шоу»: мусорные баки, сломанные холодильники и т.д. Это шоу ритмическое, все основано на ударах, шуршании, звуках, в них использвуется чечетка, степ. И в итоге вся эта мешанина выглядит очень круто. Но они работают в Лас-Вегасе, в Цезарь Палас отеле. Они вышли из андеграунда и стали мейнстримом. Вроде бы и помоечные баки, но они не воняют, и они почищены. И то же самое с матом: пускай будет мат, но чтобы это было не помоечно. Расскажу ситуацию из жизни: лежал в палате в больнице, и в одной палате со мной лежало пять мужиков: нормальных работяг, трудяг, заводчан. Если исключить мат из их языка, они не смогут разговаривать. Т.е. блядь и сука – это вместо добора дыхания. И когда они попытались со мной поговорить на этом языке, я им ответил: «вот когда вы научитесь по-русски разговаривать, тогда можете ко мне предъявлять какие-то претензии». Просто я по ночам книжки читал, им это не нравилось, что у меня горит свет. И они через матушку со мной попытались пообщаться. Возражения были следующие: «Мы просто так разговариваем». После этого я им завернул трехэтажный матюк, от которого даже они облезли. Звучало это примерно так: «да заебись ты триебучим поебом пиздопротивное уебище категорически охуевающее от своей охуительно-похуистической блядучасти». После этого я стал для них уважаемым человеком, и они при мне старались не материться. Если у них выскакивало «блядь», они говорили «извините». Материться тоже важно уметь. А когда мат ради мата, это неприятно.

Можешь привести ради примера произведения искусства, где он действительно уместен, и тебе жалко, что вот это все запретят?

Ну вот к примеру, если смотреть фильмы Гая Ричи в стандартной озвучке, они теряет свою соль. Тот же самый фильм «Большой куш» называется не так, а «Спиздили». Snatch – это английское устойчивое выражение, которое используется для обозначения крупного брильянта, для обозначения большой какой-то порчи, чего-то, что своровали, точно так же это жаргонное слово, которое в принципе бранное. В силу того, что английский язык сам по себе культурен (они даже не тыкают, они выкают), в их исполнении мат немножко по-другому звучит. Соответственно, когда его перекладывают на наш богатый русский язык, большой куш – это не то название, которое придумал Гай Ричи. Естественно, на экраны пускай он выходит в том виде, в котором его перевел Мосфильм, – цензурно и красиво. Но для домашней коллекции лично я лучше скачаю его в переводе Гоблина, когда все четко и дословно переведено. Это то же самое, что не передать из этого фильма, когда Бред Питт играет цыгана, который очень невнятно говорит по-английски. В переводе же он говорит чисто, но очень быстро. В английском переводе его даже англичане не могут понять. Когда это необходимо для воссоздания той среды, в которой они находятся, тогда это приемлемо. Да, есть произведение «На дне», где нет ни слова мата, но там и мысль-то не об этом! Однако если мы показываем бомжей, то, извините, бомж не может разговаривать с правильным проговором и не используя ни слова мата. Или еще вспомним недавнюю книгу Дмитрия Глуховского «Будущее». Когда я ее читал, я переплевался, насколько там много сцен жестокости, и как они просмакованы. Но когда я ее дочитал, я понял, что ни будь вот этих вот смачных сцен жестокости, книга бы не получилась. Потому что когда в конце ты доходишь до развязки, вот эта вся жестокость работает на финал. Точно так же есть произведения, в которых мат просто необходим. Например, в советские времена слово «сука» точно так же считалось нецензурным и бранным, и стихотворение Есенина «Сыпь гармоника, скука, скука, Пей со мною, рыжая сука» было убрано из сборников. Потому что оно считалось бранным.

Понимаю, что считать Луку Мудищева классическим произведением – тоже бред. Это сиф, это грязь, но это культурное явление. В 90-х годах был очень популярен Шура Каретный: записывались байки на аудиокассеты, якобы, от пересидка, шипилявого такого. Он то пересказывал фильмы, то книги. Естественно, все с тюремным жаргоном, с матюками и т.д. Так вот, это не настоящий урка рассказывал, это рассказывал человек с высшим образованием, филолог, лингвист. Просто он это стилизовал, и это получилось очень смешно. Вот это я причисляю к искусству. Когда он, рассказывая фабулу фильма, пересыпая ее жаргончиками, матюками и какими-то неологизмами, делает из этого отдельный продукт, самостоятельный. Вот это было очень забавно.

Но вообще в принципе я считаю, что мат – это не такая большая потеря для русского языка, если его исключить из публичных выступлений. Простите, когда стоит генерал в новостях и орет, что они все пидарасы, вот это плохо. Да, я понимаю, что солдатский язык не блещет тонкостями, но не в публичных же выступлениях.

Точно так же считаю, что если это необходимо, то пускай оно будет. Но в принципе мат можно заменить эвфемизмами, и это тоже будет смешно.

Все считают, что мат – это что-то неотъемлемо русское. Но еще есть культура, есть духовность, и мат никаким образом не влияет ни на культуру, ни на духовность, он влияет только на ее разложение. Да, давайте материться на кухне, давайте материться на вечеринке. Но есть публичная сторона жизни. Особенно, театр – храм культуры. Ну, давайте насрем на сцене и назовем это артом. По-моему, это равносильно: мат в спектакле или накакать на сцене.

А еще говорят, что если мы часто используем мат, то мы теряем его очень важный смысл, его энергетику

Да, слыша мат отовсюду, мы теряем его истинное предназначение. Ведь это сакральный язык, он используется для усиления окраски и т.д., но только в жизни. А искусство оно потому и искусство, что оно искусственно, оно приукрашено. Ведь если мы слушаем Стравинского Весну священную, мы же не слышим там настоящих оружейных залпов, это все есть в музыке, так почему же в языке должен быть настоящий мат. Есть масса других выразительных средств, которые могут это все передать.

Опубликовано: Правовая газета «Статус» № 6 (36) 2014 С. 4-5

Копирование любых материалов с сайта допускается только при указании на источник с активной ссылкой на сайт http://gazeta-status.ru/